Люди с инвалидностью

Сколько весит чудо?

Как растут рано рожденные дети, и кто им помогает

Как я ухаживала за детьми с особенностями

Летом 2018-го журналистка Евгения Долгая отправилась в лагерь для детей с особенностями развития, чтобы неделю побыть волонтеркой. Публикуем ее дневник личных наблюдений и переживаний.

Чудотворцы. Как мамы и врачи учатся работать в команде

Мы заглянули в РНПЦ «Мать и Дитя» на второй этап выхаживания недоношенных, чтобы понять как медицина вступает в коллаборацию с родительской любовью.

Девочка с процессором, или ЖизнеСпособная Маша

Волонтер РОО "Рано" из Новополоцка рассказала, как выхаживала дочку, которая родилась на 3 месяца раньше срока и весила всего 680 грамм

«Мы в пожизненной изоляции и никогда из нее уже не выйдем»

Как мальчику с аутизмом живется во время пандемии COVID-19, рассказывают его мама, психологи и картины

Родить на 32 неделе и не сойти с ума. Как мама ранорожденной девочки помогает другим избежать своих ошибок

Елена психотерапевт. 17 лет назад она вернулась из роддома и заново сконструировала свою ежедневность. С детской кроваткой в спальне появились подгузники нулевого размера, подушки, пледы, стульчики. Елена старалась сделать дом безопасным для рожденной раньше срока Ксюши. Мужу пришлось жить в другой комнате, а старшей дочери – в другом городе. Мы попытались понять, во что превращают жизнь мамы четыре диагноза в медкарте младенца.

«Раньше моей заветной мечтой было — научиться ходить»

История Виктора, который все делает ногами и всегда помогает другим

Каменные ножки и железное терпение

Отец ребенка с ДЦП рассказал о реабилитации сына в Беларуси и соседних странах.

Задача одна – выжить

Как Польша дала шанс семьям СМА из Украины и Беларуси

Если меня совсем нет.

Как сделать видимым мир людей из закрытых учреждений, чтобы привлечь к ним внимание и потенциальную поддержку? Как рассказывать о людях с особенностями, чтобы не испугать и не вызвать отторжение, и не нарушить при этом личное пространство подопечных?

Привязанные к кровати. Что такое интернат для престарелых и инвалидов

«В одном отделении проживает от 25 до 40 человек, на всех одна душевая, на каждый блок один туалет и раковина. блок – это две комнаты, в каждой проживает по четыре-шесть человек. Самые тяжелые отделения – закрытые, самостоятельно выйти на улицу нельзя, самые легкие – открытые, жильцы могут даже сами себе готовить». KYKYпубликует дневник бывшего работника дома-интерната.

«Обратите на нас внимание, мы очень стараемся». Люди с инвалидностью, которые работают в кафе

Вы часто видите в кафе или любых отраслях сферы гостеприимства людей с инвалидностями? А ведь они есть, и они легко могут работать бариста или поварами. KYKY познакомился с сотрудниками инклюзивного кафе, сделал их портреты и попросил рассказать о своей работе и жизни в интернатах. Почитайте этот материал – и, быть может, стигмы, которая так мешает им жить полноценно, станет меньше.

Белорусский Ник Вуйчич Алексей Талай: Мне кажется, я сам выбрал испытание, перевернувшее всю мою жизнь…

Алексею - 34. Его часто называют белорусским Ником Вуйчичем: у молодого мужчины нет ни рук, ни ног

«Мы с Лилей даже ныряем вместе в прорубь». Зачем я бегаю марафоны с дочерью в инвалидной коляске

Инклюзивное общество придёт тогда, когда мы пожертвуем своим временем и силами для того, чтобы сделать мир удобным для людей с ограниченными возможностями – и никак иначе. Мы встретились с Дмитрием Тимашковым – организатором команды «крылья ангелов» – чтобы поговорить о том, насколько полноценной может быть жизнь ребенка-инвалида, зачем бегать марафоны с дочерью в коляске и кому может быть выгоден инклюзивный туризм.

Гісторыя Яны. Як у Віцебску адаптуюць людзей з псыхічнымі захворваньнямі

«У любым чалавеку варта бачыць асобу, а не дыягназ» — рэпартаж Свабоды з клюбнага дому «Крылы надзеі» ў Віцебску, які дапамагае вырашаць праблемы сацыяльнай адаптацыі людзей з псыхічнымі захворваньнямі, змагаецца са стыгмай і рыхтуе ў горадзе маленькую рэвалюцыю.

«Я крутой!» Как Василек с синдромом Дауна встретил свою любовь и сумел найти работу — единственный в Беларуси

Василию Павликову 22 года. Когда он родился, детей с синдромом Дауна боялись показывать, даже на прогулку их выводили ночью. Но только не родители Василька — так ласково его называют родные. Вася знает, что у него инвалидность, но в семье никогда не выделяли его особенность, и требовали с него, как с младших братьев. Сегодня Василий работает в минском отеле, и всерьез говорит, что хочет стать его директором. А еще ходит на плавание, айкидо и свидания с девушкой. Мечтает жениться и уже начал копить деньги на свадьбу!

Боюсь, что за мои желания меня осудят Люди с инвалидностью хотят секса и говорят об этом — но в России их никто не слушает. Репортаж Ирины Кравцовой

15 лет назад Сергей Басалаев посмотрел фильм «Основной инстинкт» — и впервые осознанно ощутил сексуальное желание. Ему было двадцать; он смотрел, как Майкл Дуглас и Шэрон Стоун танцуют в ночном клубе, и неожиданно для себя понял, что с ним «творится что-то не то». «Я покраснел, сердце превратилось в паровой молот», — вспоминает мужчина.